Сексуальные странности — врожденные или приобретенные?

Сексуальные странности — врожденные или приобретенные?Однажды, в середине 1980-х годов, няня катила в коляске по парку мальчика по имени Хейвлок Эллис. И вдруг ей понадобилось остановиться на минутку. В этот момент, вспоминает Эллис в своей биографии «Моя жизнь», он «услышал чудесный звук, как будто ручеек воды стекал на землю». Няня Эллиса отошла по нужде в кустики — обычное дело из-за недостатка общественных туалетов (женщины часто игнорировали белье, так что могли освободить беспрепятственно мочевой пузырь при необходимости). Однако на этот раз за няней, отлучившийся по зову природы, наблюдали. Все увиденное произвело неизгладимое впечатление на Хейвло — ка, Эллис вырос, чтобы стать знаменитым сексологом и весьма толерантным человеком. Все — от секса с козой до мужчин, одевающихся в женское платье, — является здоровым проявлением человеческой сущности, по его мнению. Может быть, он думает так потому, что у него самого есть любимое увлечение: уролагния. Эллис любит смотреть, как женщины писают. Странность Эллиса может показаться необычной, но способ, которым он пришел к ней, вполне зауряден. Вам кто-нибудь говорил в детстве, что пасхальный заяц существует? Или что если есть хлебные корочки, тогда вырастут волосы на груди? Тогда вы уже хорошо осведомлены о том, что дети чрезвычайно впечатлительны, Этот процесс, известный как импринтинг, долгое время наблюдался у животных. Новорожденные утята, например, фиксируют в памяти любой объект, который пересекает их путь, — маму-утку, человека, даже ролики, — и ковыляют за ним. Такой же феномен, называемый сексуальным импринтингом, помогает определить, кого мы находим привлекательным; во второй главе говорилось о том, что нас привлекают люди, похожие на наших родителей. Но на этом влияние сексуального импринтинга не заканчивается. Он также воздействует на нашу склонность к тем или иным сексуальным изыскам. Некоторых запомнившаяся детская игра в ковбоев и индейцев может привести к садизму или мазохизму. У других шлепки, полученные в детстве, трансформируются в любовь к телесным наказаниям. Этот опыт в момент своего появления может не иметь никакого отношения к сексу, казаться больше интересным или раздражающим или даже болезненным и травматичным. Но по целому ряду причин он «цепляет»